Эксклюзивные и подарочные издания. Интернет магазин

Книги в кожаном переплете

хорошая книга - лучший подарок

Наш телефон:
(909) 692-71-30
Email:
 




Доставка по Москве бесплатно
Книги почтой по России
О магазине. Нам 8 лет.
Доставка и оплата
новости книжного магазина
  поиск книг
подарочные издания в кожаном переплете
переплет на заказ
Домашняя библиотека
домашняя библиотека
подарочные издания в кожаном переплете
издательства
подарок сотрудникам
корпоративный подарок
Подарочный сертификат. Выбираем любимые книги
подарочный сертификат


книги в кожаном переплете


коллекционные издания в кожаном переплете





  

Аксаков С. Т. : Подарочные издания

Поиск книг / Аксаков С. Т.
Аленький цветочек. Сказка ключницы Пелагеи /Аксаков С. Т./

Аленький цветочек. Сказка ключницы Пелагеи /Аксаков С. Т./

Сказка известного русского писателя Сергея Тимофеевича Аксакова "Аленький цветочек" впервые была издана в 1858 году и с тех пор приобрела славу одного из самых популярных литературных произведений.

Кожаный переплет, в футляре
В каталоге: Детская литература   /  Книги для детей
Издательство: Книжный Дом
Цена: 14000 руб.

Собрание сочинений. В 4 томах /Аксаков С. Т./

Собрание сочинений. В 4 томах /Аксаков С. Т./

Убеждение в том, что основой искусства является правда, что оно обязано быть верным действительности – это убеждение, глубоко осознанное, лежало в основе эстетики Аксакова

Кожаный переплет ручной работы
В каталоге: Библиотеки  /  Собрание сочинений
Издательство: Переплетная мастерская «Artelbook»
Цена: 42000 руб.


Поиск книг / Аксаков С. Т.



Об авторе


Сергей Тимофеевич Аксаков (20 сентября (1 октября) 1791, Уфа — 30 апреля (12 мая) 1859, Москва) — русский писатель и общественный деятель, литературный и театральный критик, мемуарист, автор книг о рыбалке и охоте. Отец русских писателей и общественных деятелей славянофилов: Константина, Ивана и Веры Аксаковых. Член-корреспондент Императорской Санкт-Петербургской Академии наук.

Довольно рано к влияниям домашним и деревенским присоединились влияния казенной школы. И казанская гимназия, куда Аксаков поступил на десятом году, и новый воспитатель, суровый и умный Карташевский, и товарищи, и новые интересы - все это сводилось в целый мир, благотворно влиявший на открытую впечатлениям душу. Гимназия была выше обычного уровня; даже по замыслу основателей она должна была представлять собой нечто более законченное - нечто вроде лицея. В гимназии Аксаков провел всего три с половиною года, конец которых запечатлен новыми литературными интересами. Это был, прежде всего, театр, который всегда так занимал Аксакова, особенно в впервой половине его литературной деятельности, и с которым сблизил его товарищ, Александр Панаев, "охотник до русской словесности", "обожатель Карамзина", издатель рукописного журнала "Аркадские пастушки", в котором не решился, однако, принять участие Аксаков, пописывавший втайне. Через год с лишним - в университете - Аксаков уже сам издавал журнал вместе с И. Панаевым. Он пробыл в университете, продолжая также брать уроки в гимназии, до пятнадцати с половиной лет, но эти полтора года много значат в его развитии. Трудно даже сказать, что сыграло здесь большую роль: собирание бабочек или товарищеский журнал, увлечение театром или литературные споры. Собственно "научных сведений" - как он сам жалуется - он вынес из университета немного: однако, что-то носилось в воздухе аудиторий, что-то заражало идеализмом пытливости и знания.

Получив от университета аттестат "с прописанием таких наук, какие знал только понаслышке и каких в университете еще не преподавали", Аксаков провел год в деревне и в Москве, а затем переехал с семьей в Петербург. Карташевский уже приготовил для своего питомца должность переводчика в комиссии составления законов, где он сам состоял помощником редактора. В Петербурге произошло первое сближение Аксакова с литературными деятелями - как и можно было ожидать, не теми, которые являлись представителями прогрессивных течений в литературе. Он сблизился с артистом Шушериным, бывал у адмирала Шишкова, познакомился со многими актерами и писателями, еще более пламенно увлекался театром, много беседовал о литературе, но ни из чего не видно, чтобы какие бы то ни было искания в той или другой области занимали его.

Пять лет он прожил с родителями, но в 1820 году был выделен, получив в вотчину то самое Надеждино (Оренбургской губернии), которое некогда было поприщем злодейств изображенного им Куроедова, и, переехав на год в Москву, зажил широко, открытым домом. Возобновились старые литературные связи, завязались новые. Аксаков вошел в писательскую и литературную жизнь Москвы и напечатал свой перевод десятой статиры Буало (Москва, 1821). Но открытая жизнь в Москве была не по карману. Пробыв год в Москве, Аксаков переехал, ради экономии, в Оренбургскую губернию и прожил в деревне до осени 1826 года. Здесь Аксаков написал напечатанное в "Вестнике Европы" (1825 год, No 4, "Эпиграмма") совершенно незначительное четверостишье, направленное против какого-то "журнального Дон-Кихота" - быть может, Н. Полевого, - и идиллию "Рыбачье горе" ("Московский Вестник", 1829 год, No 1) - как бы стихотворное предварение будущих "Записок об уженьи рыбы", в ложноклассической манере, но с живыми колоритными подробностями. Были за это время напечатаны в "Вестнике Европы" (1825) также две критические статьи Аксакова: "О переводе "Федры" (Лобанова) и "Мысли и замечания о театре и театральном искусстве". В августе 1826 года Аксаков расстался с деревней - и навсегда. Наездом он бывал здесь, живал подолгу в подмосковной, но в сущности до смерти оставался столичным жителем. В Москве он встретился со своим старым покровителем Шишковым, теперь уже министром народного просвещения, и легко получил от него должность цензора. О цензорской деятельности Аксакова говорят различно; есть указания, достойные веры и не вполне благоприятные. Но в общем он был мягок; формализма не выносила его натура. Близость с Погодиным расширила круг литературных знакомых. "Новыми и преданными друзьями" его стали Юрий Венелин, профессора П. С. Щепкин, М. Г. Павлов, потом Н. И. Надеждин . Обновились и театральные связи; частым гостем был М.С. Щепкин ; бывали Мочалов и другие. В 1832 году Аксакову пришлось переменить службу; от должности цензора он был отставлен за то, что пропустил в журнале И.В. Киреевского "Европеец" статью "Девятнадцатый век". При связях Аксакова ему не трудно было пристроиться, и в следующем году он получил место инспектора землемерного училища, а затем, когда оно было преобразовано в Константиновский межевой институт, был назначен первым его директором и устроителем.

В 1839 году Аксаков, теперь обеспеченный большим состоянием, которое досталось ему после смерти отца, покинул службу и, после некоторых колебаний, уже не возвращался к ней. Писал он за это время мало, и то, что он писал, очень незначительно: ряд театральных рецензий в "Драматических прибавлениях" к "Московскому Вестнику" и в "Галатее" (1828 - 1830) несколько небольших статей. Его перевод мольеровского "Скупого" шел на московском театре в бенефис Щепкина. В 1830 году напечатан в "Московском Вестнике" (без подписи) его рассказ "Рекомендация министра". Наконец, в 1834 году в альманахе "Денница" появился, также без подписи, его очерк "Буран". Это - первое произведение, говорящее о настоящем Аксакове. "Буран" - первый вестник о том, что создавалась надлежащая среда, что впечатлительный Аксакова поддавался новым влияниям, более высоким, более плодотворным.

Вслед за "Бураном" начата была "Семейная хроника". Уже в эти годы известная популярность окружала Аксакова. Имя его пользовалось авторитетом. Академия Наук избирала его не раз рецензентом при присуждениях наград. Он считался мужем совета и разума; живость его ума, поддерживаемая близостью с молодежью, давала ему возможность двигаться вперед если не в общественно-политическом или морально-религиозном мировоззрении, основам которого, усвоенным в детстве, он всегда оставался верен, то в конкретных проявлениях этих общих начал. Он был терпим и чуток. Не будучи не только ученым, но и не обладая достаточной образованностью, чуждый науки, он, тем не менее, был каким-то нравственным авторитетом для своих приятелей, из которых многие были знаменитые ученые. Подходила старость, цветущая, покойная, творческая. Милые устные рассказы Аксакова побудили его слушателей добиваться того, чтобы они были записаны. Но, временно оставив "Семейную хронику", он обратился к естественнонаучным и охотничьим воспоминаниям, и его "Записки об уженьи рыбы" (Москва, 1847) были первым его широким литературным успехом. Автор не ждал его, да и особенно ценить не хотел: он просто для себя "уходил" в свои записки. А у него было от чего "уходить" в эти годы, если не от огорчений, то просто от массы событий, захватывавших его, от массы фактов жизни личной и общественной.

Идейная борьба, захватившая всех, достигла чрезвычайного напряжения, и быстро стареющий Аксаков не мог переживать ее перипетий. Он болел, зрение его слабело - и в подмосковном сельце Абрамцеве, в уженьи на идиллической Воре, он охотно забывал о всех злобах дня. "Записки ружейного охотника Оренбургской губернии" вышли в 1852 году и вызвали еще более восторженные отзывы, чем "Уженье рыбы". Среди этих отзывов наиболее интересна известная статья И.С. Тургенева. Одновременно с охотничьими воспоминаниями и характеристиками назревали в мысли автора рассказы о его детстве и его ближайших предках. Вскоре по выходе "Записок ружейного охотника" стали появляться в журналах новые отрывки из "Семейной хроники", а в 1856 году она вышла отдельной книгой... Все спешили наперерыв отдать дань уважения таланту маститого мемуариста, и это шумное единогласие критики было лишь отголоском громадного успеха книги в обществе. Все отмечали правдивость рассказа, уменье соединить историческую истину с художественной обработкой. Радости литературного успеха смягчали для Аксакова тяготы этих последних лет. Материальное благосостояние семьи пошатнулось; здоровье Аксакова становилось все хуже. Он почти ослеп - и рассказами, и диктовкой воспоминаний заполнял то время, которое не так еще давно отдавал рыбной ловле, охоте и деятельному общению с природой. Целый ряд работ ознаменовал эти уже последние годы его жизни. Прежде всего "Семейная хроника" получила свое продолжение в "Детских годах Багрова внука". "Детские годы" (отдельно вышедшие в 1858 году) неровны, менее закончены и менее сжаты, чем "Семейная хроника". Некоторые места принадлежат к лучшему, что дал Аксаков, но здесь нет уже ни той ширины картины, ни той глубины изображения, которые придают такую значительность ограниченному мирку "Семейной хроники". И критика отнеслась к "Детским годам" без былого восторга. Длинный ряд второстепенных литературных работ продвигался вперед параллельно с семейными воспоминаниями Аксакова. Частью, как, например, "Замечания и наблюдения охотника брать грибы", они примыкают к естественнонаучным наблюдениям его, в значительной же части продолжают его автобиографию. Его "Литературные и театральные воспоминания", вошедшие в "Разные сочинения" (М., 1858), полны интересных мелких справок и фактов, но бесконечно далеки по значению от рассказов Аксакова о его детстве. Более глубокое значение имеет и могла бы иметь еще большее, если бы была закончена "История моего знакомства с Гоголем", показавшая, что мелочный характер литературных и театральных воспоминаний Аксакова никоим образом не означает старческого падения его дарования. Эти последние сочинения писаны в промежутках тяжкой болезни, от которой Аксаков скончался 30 апреля 1859 года в Москве.



* * *
Книги лучше не прочитывать, а читать и перечитывать.
Плиний Младший





Не нашли нужную книгу?
Затрудняетесь выбрать подарок?

Нет времени искать?
$('#s6').cycle({
  fx:     'scrollUp',
  timeout: 3000,
  delay:  -2000
  });
(909) 692-71-30
найдем, поможем, посоветуем


Наши посетители ищут:
1000 русских художников  Библия Велислава  большая энциклопедия  Братья Карамазовы  Былины  Великие музеи мира  великие мысли  Вино  Виски  Водка  Война и мир  Графиня де Монсоро  Дворцы  дизайн  евангелие  Евгений Онегин  женщины  золотая книга шоколада  Золотое кольцо  золотой осел  золотой теленок  Идиот  изречения  Иллюстрированная энциклопедия  история моды  История России  Казан, мангал  календарь  камасутра  книга правителя  конституция  Коньяк  Копи царя Соломона  коран  Коран в кожаном переплете  костюм  Кремль  Левитан  Летопись  лошади  Лувр  манон  Манон Леско  Мастер и Маргарита  мертвые души  мифы древней греции  мода  молитвослов  монеты  Москва  московский кремль  мудрость  Мудрость тысячелетий  Наполеон  Наука побеждать  ножи  о россии  оружейная палата  оружие  Остров сокровищ  париж  Петр Великий  Политика  политика мудрого  полное собрание сочинений  Преступление и наказание  псалтирь  путь чая  Рембрандт  рецепты  россия державная  Россия. Великая судьба  рубаи  Русская живопись  Русская история  Русская охота  Самые дорогие книги  Символ власти  сказки  Собрание сочинений  спорт  стихотворения  талмуд  Темные аллеи  Тора  Три мушкетера  тысяча и одна ночь  Фаберже  футбол  холодное оружие  царский  щелкунчик  энциклопедия  ювелир 









  © Book-presents.ru Книжный магазин  2007-2017г. 
Книга в подарок   Подарочные книги   Подарочные издания  

Вся информация на сайте несёт справочный характер и не является публичной офертой, определяемой положениями ст. 437 ГК РФ
политика конфеденциальности    
      
подарочные книги